Меня заинтересовала профессия писателя в начале 70-х годов. Мои друзья привели меня на первую конвенцию писателей-фантастов, и это произвело на меня большое впечатление. Это был грандиозный праздник, который продолжался два дня. Там было огромное количество еды и напитков и множество интересных людей. Можно было даже петь.Они придумали целое направление в музыке, где за основу была взята народная музыка, а слова из научной фантастики. На сцене давались представления, были лекции, беседы, художественные выставки,маскарад. Это, кстати, было стоящее зрелище. Там были рыцари,одетые в доспехи,монстры с глазами как у жуков, драконы. Я чувствовал себя там,как дома.
     В какой-то момент я заметил группу пожилых седовласых толстяков, а вокруг них порхало множество красивых женщин.
     "Кто эти мужчины?"- спросил я кого-то.
     "О, это писатели."
     Я заинтересовался. В то время я был владельцем более или менее процветающей инженерной компании. Замечательная работа, хороший доход, удобный график, множество льгот. У меня была служебная машина, личный секретарь, я мог тратить деньги компании по своему усмотрению. Но у президентов компаний нет молодых поклонниц.Кредитные карты, оплачевыемые компанией отпуска, бесплатные обеды - это пожалуйста. Но не поклонницы. Надо быть рок звездой, что бы их иметь, а я даже на гитаре не умел играть. Так что, когда я вернулся с конвенции, я купил пишущую машинку, на которой я тоже не умел играть,и пошел на работу.
     Это был очень интересный поворот в карьере, но поклонницы так и не появились. В течение многих лет меня можно было лицезреть, задумчиво выглядывающим из окна и ждущим чего-то.
     Восстание Коперника было первой книгой, написанной мной. Я начал с серии коротких рассказов, которые написал в 1977 году. Я пытался их продать в журнал "Аналог", но безуспешно.
     Тогда редактором был Бен Бова. Он всегда старался быть вежливым по отношению к отвергнутым писателям, и прислал мне ответ. В то время начинали пользоваться коьпьюторами,и у Бена на компьютере было несколько стандартных фраз, которые появлялись снова и снова.Даже опечатки были одни и те же.
     В одном письме говорилось(конечно же очень вежливо), что сюжетная линия была великолепной, но описания были ужасны, и таким образом ему с большим сожалением пришлось отвергнуть мои старания. В следующем письме говорилось, что описания были восхитительны, но замысел был некудышним. И таким образом ему пришлось отвергнуть мои старания. В третьем письме говорилось, что замысел был замечательным, но сюжетная линия была настолько плоха, что ему пришлось отвергнуть мои старания.
     Иногда я отправлял одну и ту же историю двжды и получал совершнно разные письма-отказы. В то время я не знал, что есть и другие издатели. В скором времени у меня была приличная стопка таких писеми, и я оклеил ими стены моей ванной.
     Я бросил писать и вернулся в свою компанию к большому облегчению моих работников.
     А потом мистер Бова сам начал писать романы. Меня его труды тоже не очень впечатлили. Я был удивлен, что когда-то я так страдал из-за его мнения.
     Я пошел в библиотеку и начал заниматься исследованием.Мне показалось, что в то время новых романов было издано в США в три раза больше, чем коротких рассказов. И за романы платили настоящие деньги, в то время как рассказы даже не окупали их отправку в издательство по почте.
     И вот я склеил скотчем все свои рассказы, и получился роман. Я его отправил, и мне отказали в публикации пять раз.
     Я забросил свою рукопись на полку.
     Видимо, мне не суждено было стать писателем. В любом случае, моя компания приносила мне реальный доход, и у меня было пристрастие к еде, которое необходимо было удовлетворять.
     Через несколько лет мой старый друг Чарльз Оливер рассказал мне о группе писателей, которые встречались по субботам в местной библиотеке. Так как до того времени, когда откроются бары, делать было все равно нечего, я пошел. Это посещение вылилось в серию рассказов о Конраде, но я вам расскажу эту историю позднее.
     Книгу "Инженер,путешествующий во времени" раскупили очень быстро, а замечательный Оуэн Лок, который до сих пор является моим другом, был готов купить всё, что у меня было. Оуэн был в то время моим издателем. Позднее он возглавил издательскую компанию Дел-Рей, поле того как умерли Лестер и Джуди Линн, а в последствии занял пост вице-президента в компании Рэндом Хаус.
     Сейчас он на пенсии и занимается переводами старинных китайских манускриптов.
     Когда я пишу, я сначала работаю над технологией, а потом герои сами развиваются и начинают по очереди управлять сюжетом. Я не говорю, что так надо писать, я просто рассказываю, как Я пишу.
     Я начал задумываться, каким бы был мир, если бы мы постигли биотехнологию.Если бы мы могли заставить растения и животные расти именно так,как хочется нам. И затем мне ,естественно, пришлось выяснить, как бы это все могло происходить.
     Я думаю, что у меня получилась вполне приемлимая система.
     По крайней мере, когда я однажды сидел в ресторане, я услышал ,как двое знаменитых биотехнологов в течение часа расхваливали мою работу.
     Однажды я всретил одного придурка на конвенции, который считал себя ядерным физиком. Он гонялся за мной несколько часов и кричал, что рентгенных лазеров не может быть. Теперь,конечно же, рентгенные лазеры очень распространены. Это не мое изобретение, просто он мне был необходим для работы моей машины. И вот я его вставил в рассказ. Писатели могут это сделать, а инженеры нет.
     С тех пор я научился игнорировать таких людей. Я уже давно перестал стараться угодить всем.С некоторыми людьми стоит считаться, но с большинством нет. Пусть у этих людей будет своя жизнь, а у меня своя.
     По мере того как развивался сюжет, я начал задумываться: была бы такая биологическая революция полезна для мира или вредна.Я не знал ответа на этот вопрос. Поэтому я написал рассказ в неопредёленной форме. Читателю трудно было понять, кто был хорошим героем, а кто был злодеем.
     Это был интересный литературный приём, но очевидно читателям хотелось не этого.
     Ничто не совершенно, и я не ничто.
     Я совершил все обычные ошибки, которые совершают при написании первой книги. Например, изобретение слишком многих новых идей без их дальнейшего развития. Если бы я сейчас писал эту книгу, это была бы серия из четырёх книг, и каждая из них была бы в два раза длиннее оригинала. Мир меняется, и мы меняемся вместе с ним.
     Признаюсь, что я совершенно пренебрёг ролью микроорганизмов, которые теперь создают такой переполох. Также в оригинале у меня повествование начинается в 2035 году. Но Оуэн настаивал на том, что всё должно начинаться на рубеже двух веков - это придаст рассказу более непосредственную связь с настоящим моментом. Я конечно же согласился, так как мне нужны были деньги.
     Если вам всё ещё интересно, пожалуйста, читайте "Восстание Коперника".
     Книгу напечатали только в 1986 году, через тринадцать лет после того, как я её написал.
     Тринадцать лет. Возможно это рекорд.